Медвежий угол

35 969 подписчиков

Свежие комментарии

  • Ирина52
    В армии не дети служат, а профессионалыЕсли миротворцев ...
  • Ирина52
    Давно пора пробить коридор в ПриднестровьеЕсли миротворцев ...
  • Сергей Федотов
    Если вы до сих пор не знаете, что такое "жить достойно", боюсь и после моих объяснений не поймёте. Выдавить из себя ...Настоящая встреча...

Путин попал в ловушку, а его окружение считает будущие миллионы и миллиарды

Нефть и по 200 долларов страну не спасет, пока в России олигархи будут «рулить»
Путин попал в ловушку, а его окружение считает будущие миллионы и миллиарды

Стоимость барреля нефти марки Brent уже в следующем году могут вырасти до 100 долларов, что станет максимумом с 2014 года, когда нефтяные котировки рухнули в связи с притоком на рынок сланцевых добытчиков углеводородов. К такому выводу пришли, в частности, в своем докладе эксперты Bank of America, отметив, что для развития событий по этому сценарию есть целый ряд причин.

Во-первых, уверяют аналитики BOfA, к тому времени спрос на топливо благодаря восстановлению мировой экономики увеличится, спрос превысит предложение.

Во-вторых, к росту цену приведет и учащение использования личного и общественного транспорта, потому что даже те, кто перешел на дистанционный формат работы, продолжают использовать авто для собственных нужд.

Второй по величине нефтетрейдер Trafigura высказала схожий прогноз, отметив, что в настоящее время мир находится на пороге нового сырьевого «суперцикла». С такой оценкой ситуации согласен и еще один известный на мировом рынке нефтетрейдер Vitol.

Некоторые российские аналитики также разделяют столь радужные для Кремля перспективы мирового рынка углеводородов.

«Нефть продолжит свое ценовое восхождение и дальше.

Сейчас на нее действуют сразу два фактора — спрос и предложение. В течение года потребление росло, и при этом сохранялась стимулирующая монетарная политика. Это позволило стимулировать как реальный — со стороны бизнеса, так и спекулятивный — на финансовых рынках — спрос», — отметил, например, ведущий стратег EXANTE Янис Кивкулис.

С другой стороны, предложение оказалось ограниченным.

«Учитывая тенденции на рынке, сформированные в средне- и долгосрочном периоде, прежде всего на основе динамики показателей, отражающих изменения товарной и денежной массы, базовый целевой уровень прироста цен на нефть на ближайшие годы, как представляется, составляет 100−200 долларов за баррель», — предположил аналитик управления торговых операций на российском фондовом рынке «Фридом Финанс» Александр Осин.

Если такой прогноз действительно реализуется без каких-либо помех, получается, что на Россию с ее огромнейшими запасами углеводородов может снова, как и в начале нулевых годов этого века, пролиться «золотой дождь».

Только вряд ли мы чего хорошего дождемся. Дождутся «короли бензаколонок», скважин, и московско-тюменских офисов.

В прошлый раз, как неоднократно отмечали со страниц СП" эксперты, «тучные годы» подходили для модернизации экономики и совершения технологического прорыва вкупе с построением социально справедливого и обеспеченного общества. Но она была, увы, безнадежно упущена, а все сверхприбыли осели в карманах нефтегазовых олигархов.

Упустит ли власть подобный шанс еще раз, учитывая острую и напряженную социально-экономическую обстановку в стране? Или шальные нефтедоллары снова исчезнут в бездонных карманах миллионеров из списка Forbes?

— У меня лично теории нефтяных суперциклов вызывают определенные сомнения, — поделился своей точкой зрения на этот счет доцент РЭУ им. Плеханова, экономист Олег Комолов. — Может быть, под ними и есть какое-то эмпирическое обоснование, но, мне кажется, России лучше ориентироваться на куда более популярные, обсуждаемые и изученные с точки зрения экономической науки циклы и модели. Например, на теорию так называемых технологических укладов.

«СП»: — Объясните, пожалуйста, в чем ее суть и смысл.

— Согласно этой модели макроэкономической цикличности, мир сейчас на пороге так называемого шестого технологического уклада. Который, если говорить простыми словами, основан на применении абсолютно новых технологий, подразумевающих создание своего рода нейроинтерфейсов между человеческим мозгом и компьютером с помощью нанотехнологий. Так что с точки зрения актуальности России в первую очередь следует озаботиться не вопросами волатильности углеводородов на мировом рынке, а аспектами освоения новых технологий.

Согласно сложившимся в последние 200 лет традициям промышленного капитализма, та страна, которая становилась лидером очередного технологического уклада и первой осваивала и внедряла в производство новые технологии, становилась, во-первых, мировым технологическим лидером, а, во-вторых, мировым гегемоном глобальной капиталистической системы.

Сначала в таковом качестве выступала Великобритания, последнюю сотню лет ее место занимали США, а сейчас за титул лидера шестого технологического уклада идет серьезная борьба. Россия, к сожалению, субъектом этого процесса не является. Основными игроками тут являются Америка и Китай, и тот из них, кто первым «оседлает» технологии этого уклада, а точнее — внедрит сети 5G, и получит мощнейший импульс к быстрому экономическому росту.

«СП»: — А с нефтью-то что?

— В этих условиях, как мне представляется, нефть, конечно, будет играть определенную роль. Спрос на нее, я думаю, даже повысится в контексте общего экономического роста. Однако постепенно она все же будет понемногу вытесняться из экономики, потому что основанные на ней технологии — детище третьего, максимум четвертого технологических укладов, а сам этот вид топлива уже уходит в историю, хотя пока и пользуется спросом.

На этом фоне перед Россией встает острый вопрос — а чем ей, собственно, заменять свой единственный значимый экспортный товар на мировом рынке? Пока ответ на это остается открытым, России, на мой взгляд, заменить углеводороды попросту нечем.

За последние десятилетия мы утратили целые отрасли обрабатывающей промышленности и сектора высокотехнологичного производства. И в этой связи нам надо, полагаю, беспокоиться о том, как бы включиться в борьбу за освоение шестого технологического уклада. Но для этого, естественно, модель нашей экономики должна быть немного иной. Мягко говоря, не такой периферийной.

Я лично не ожидаю наступления таких же «тучных» лет, какие были у нас в начале нулевых. Да и потом, мы с вами видели, что даже в период 2010—2013 годов, когда нефть на рынке стоила высоко, темпы развития нашей экономики были смехотворными.

«СП»: — То есть и на этот раз на пресловутый экономический «рывок» нам рассчитывать не стоит?

— Допускаю, что рост цен на нефть, может быть, и произойдет, но возможности восстановительного роста нашей экономики уже полностью исчерпаны. Весь тот потенциал, который простаивал в девяностые годы, уже введен в производство. Следовательно, нам нужно искать новые импульсы, а их что-то не видно. И дорожающая нефть на эту роль претендовать никак не сможет. В лучшем случае это позволит нам разве что более мягко свести баланс федерального бюджета, без какой-то особо жесткой экономии.

«СП»: — А у нас все еще есть шансы не опоздать к разделу пирога шестого технологического уклада, чтобы остановить тот экономический оползень, который наблюдается сейчас?

— Конечно, есть. Все-таки у нас все еще внушительный людской, технологический и сырьевой потенциал, несмотря на то, что мы его постепенно утрачиваем. На это, конечно, надо смотреть более детально и комплексно, но навскидку мне лично представляется, что наш военно-промышленный комплекс, имея достаточно неплохие мировые позиции, может стать проводником технологий шестого уклада во все сферы нашей экономики.

Правда, для этого нужно изменить саму структуру экономики — поменять принципы распределения и, конечно же, устранить социальное неравенство. А поскольку бизнес у нас имеет компрадорский характер, олигархам нашим очень удобно сидеть на сырьевых технологиях времен четвертого уклада, основным целеполагателем здесь, считаю, должно выступать государство.

«СП»: — Устранение социального расслоения и неравенства — это обязательное условие?

— Да. Мы видим, что всегда на старте новой волны экономической цикличности все страны начинают замыкаться на внутреннем рынке, закрываясь друг от друга таможенными пошлинами. И наибольшее преимущество получает та из них, которая способна продавать своим гражданам как можно больше производимых товаров. А мы по глубине внутреннего рынка сильно отстаем и от США, и от стран Евросоюза. Это сильно подрывает наши преимущества в борьбе за высокие позиции при шестом технологическом укладе.

Именно рост внутреннего потребления становится драйвером развития приоритетных отраслей национальной экономики. Но для этого недостаточно просто раздать людям какие-то деньги, нужно еще и определенным образом распределять ресурсы в контексте капиталовложений. Для этого, в свою очередь, с точки зрения жесткого целеполагания наше правительство должно выглядеть несколько иначе, чем сейчас, нынешнее, на мой взгляд, задач такого рода перед собой просто-напросто не ставит.

Андрей Захарченко

Фото: ПАО «Газпром нефть"/ТАСС

Источник

Картина дня

наверх
,,